Работа в Черногории

В Черногории я выпила весь «Вранац» урожая 2006 года, часть урожая 2005 года контрабандно вывезла в Москву. Вино, наконец, кончилось. И теперь я расскажу вам о работе в Черногории.

В первых строках своего поста хочу выразить благодарность. Если бы не Груми, я не познакомилась бы с Варварой, которая, по моему плану, должна была только показать мне место своей работы и в нескольких словах поведать, как оно там вообще. В итоге синее море и зеленые горы затуманили рассудок, несколько слов превратились в дружеское промывание мозгов, вранац закрепил эффект, и теперь я совсем не хочу работать, особенно в России.

Этот местный житель тоже, видимо, не хочет работать.





Варвара работает в Баре — это такой город на границе с Италией. Город знаменит своими средневековыми постройками и магазинами с дешевыми итальянскими шмотками.

Шмотки по правой стороне.



Средневековые постройки не видела. Ехала я к Варе на автобусе по горной дороге. Это было так страшно, что приехав в город, я забылась от счастья и о постройках даже не вспомнила. Вышла не на той остановке. Варя по телефону сказала, чтобы я шла искать такси. «На каком языке разговаривать с таксистами? на английском?» — растерянно спросила я. «Нет, на русском», — ответила Варя, — «или вот запомни фразу...» Фразу я не запомнила. Такси нашла. «В центр Бара довези, добрый человек», — сказала я толпе загорелых мужчин около машин с шашечками и с гордым видом добавила: «молим вас!». «Рускинья?» — спросил меня уже в машине таксист. Я кивнула. Мы поболтали на русском. Таксист учил его в школе. Спросил, из Москвы я или из Санкт-Петербурга. Я не стала обогащать его знания о России названием еще одного города. Выразила захлебывающийся восторг по поводу неописуемой красоты этой гостеприимной страны. Потом у нас возник языковой барьер, а выразительная жестикуляция никогда у меня не получалась, поэтому высадил он меня вообще не там.

Пришлось плутать вокруг робны кучи.



Но я всё-таки не потерялась и попала, куда нужно.

Вход в офис, где работает Варя.



Варя работает в агентстве недвижимости О.L. Boss Properties. До Черногории Варвара жила и работала в Томске. Её родители купили дом в Черногории как раз через это агентство, где Варе и предложили работу. «Я долго упиралась, но я стала уже не выдерживать тех предельных нагрузок, которые организм мой испытывает в Томске, и в итоге согласилась».

Варина должность называется «менеджер по рекламе и внешним связям». «Что ты делаешь на работе?» — спросила я у Вари. «Всё, — говорит, — сама придумываю себе работу». Варя занимается рекламой, переводит с сербского на русский, с немецкого на сербский, с английского еще на какой-нибудь, общается с клиентами, утверждает макеты, отбирает фотографии и еще всякое. «Мониторинг рынка, поддержка сайта, оптимизация и продвижение, разработка рекламных макетов, планирование рекламных бюджетов, размещение в СМИ, подготовка и перевод договоров, работа с русскоговорящими клиентами и агентствами в России».

Варя. Типа работает.



На самом деле Варино рабочее место находится на втором этаже и выглядит вот так.



И красный учебник сербского языка на столе.



Офис небольшой, уютный и прохладный. Всё там как-то очень спокойно и приятно.

Милые сотрудницы Зорица и Соня. Сначала с серьезным видом разглядывали меня, потом начинали активно улыбаться, как только ловили мой взгляд.



В офисе очень много вещей, напоминающих о родине. Российский флаг, герб, матрешки с изображением Путина.



Варя говорит, что клиенты из России любят находить на карте свои города.



Вообще, в офисе у меня создалось такое впечатление, что агентство работает исключительно с русскими. Карт и флагов никаких других стран там нет. Но Варя сказала, что клиенты у них разные. Просто русских из них — около 90%.

Рабочий день с 9.00 до 18.00. Обеденный перерыв — по своему усмотрению, «когда проголодаюсь, тогда иду обедать».

Кухня. Там Зорица варит очень вкусный кофе. «Я понимаю, почему наш директор не пьет кофе в Москве, после Зорькиного кофе все остальное невозможно пить. Кофе тут варят в турках на спиртовках. Никто не догадается купить кофеварку, потому что все это не то. Кофе очумительный».



Здесь же и курят. Под наклейкой «No smoking». Прошу прощения за качество фотографий — я перегрелась на солнце и выставила в камере какой-то совсем неподходящий режим.



Вообще, там весь офис обклеен этим значками. Буквально через метр — на дверях, картах, стенах. Я зашла и удивилась сначала. «Ничего себе, — думаю, — и это называется свободно и много курящая страна». Когда я увидела Соню с сигаретой прямо чуть ли не на рабочем месте, я решила, что, наверное, директор в командировке. Оказалось всё гораздо интереснее: «Это они стебутся так. Директор наклеила по всему офису. Она больше всех и курит».

Все расслаблены. Атмосфера по ощущениям не вполне рабочая. Варя принесла мне холодной воды и села со мной разговаривать. Я напряглась: «Ничего что ты вот так ушла из кабинета своего и сидишь тут со мной?» «Расслабься, — улыбнулась Варя, — мы не в России».



Чем больше я узнаю о том, как люди за границей относятся к работе, тем больше я убеждаюсь в том, что с нами что-то не так.

«Тут вообще очень интересное отношение к работе. Я когда первый раз в Черногории была, у меня было ощущение, что они ни черта здесь не делают. А потом до меня дошло. У нас когда нечего делать, все сидят в офисе и работают — халфлайф, аська, одноклассники — всё, что угодно, но надо сделать вид, что ты работаешь. А здесь тебе говорят: сделай вот это, и ты делаешь. Сделал — всё, сидишь кофе пьешь».

Или коллективно зависаешь на YouTube.



Сидят, ходят, шутят, улыбаются. Варя говорит, надо организовать для русских спецтуры в Черногорию — «учимся работать по-другому».

Рабочего процесса не видно. Хотя он, я так полагаю, всё же есть. Зарплату ведь получают. Зарплата, кстати, у Вари вполне московская. Оклад плюс 1% от сделки. Чужие деньги я считать не люблю, но вы посмотрите на сайте агентства цены на дома в Черногории. Ну так, для сведения.

Уходить не хотелось, но надо было. Вышли через черный ход. Здесь тоже запрещено курить.



Живет Варя в пригороде Бара, в местечке с прекрасным названием Сутоморе. Из Вариного сада открывается хороший вид.



Идешь по Сутоморе, смотришь на цыганских детей и вспоминаешь Кустурицу. А потом оказывается, что Кустурица снимал именно этих — сутоморских — цыган.



Смотришь на пляж — вспоминаешь крымские курорты.



Смотришь на мясные развалы — вспоминается Варина история: «Местные у меня спрашивают: „У вас же там очень холодно?“ Я говорю: „ну да“. Они: „А как вот зимой, там прям всё замерзает?“ Я говорю: „Ну да, ну вот как в холодильнике, знаете, мясо замороженное?“ Они говорят: „Нет“. Я говорю: „Ну как, вот мясо свежее, его замораживают, привозят, продают, потом в холодильник“. Один к другому поворачивается и спрашивает: „Ты видел когда-нибудь замороженное мясо?“ Тот такой: „Нет“. Он мне: „А зачем брать замороженное, если есть свежее?“»



Смотришь на хозяина пустующего интернет-кафе — и не вспоминаешь о работе. Вот не вспоминаешь и всё.



Но о том, можно ли устроиться в Черногории на работу русскому человеку и на какую именно, я всё-таки должна была узнать.

«Можно, — говорит Варя, — В Черногории реально есть две сферы работы, три точнее: туризм, недвижимость и третья сфера — всё то, что эти две обслуживает. Всё, больше ничего здесь нет. Единственный завод здесь — по переработке глинозема, алюминий делают, отгадай, кто хозяин? Дерипаска».

Я хотела выяснить, есть ли у меня шансы. Образование дурацкое, навыки сомнительные, английский знаю плохо. «Это не проблема, — сказала Варя, — у тебя есть голова и ты знаешь русский». Знать русский здесь — это огромный плюс в резюме. Нужно, конечно, выучить сербский. Я еще в сербском ресторане в Москве начала его учить с помощью официанта.

— Как добрый день по-сербски?
— Добар дан.
— Спасибо?
— Хвала.
— Пожалуйста?
— Молим вас.

В Черногорию я ехала с твердым убеждением, что сербский я освоила. Но ошиблась. Разговаривать с местными трудно. Приходится ставить ударение в словах на слог раньше и перебирать всякие синонимы в надежде на то, что какой-то из них будет похож на сербский вариант. Но при желании выучить его достаточно просто. Варя за два месяца жизни там научилась разговаривать так бегло и уверенно, что акцент её принимают за местный горский вариант.

Какие специалисты востребованы в Черногории? Разные. Тут надо подумать и решить, где ты можешь пригодиться. Квалифицированных специалистов здесь не хватает. «Тут очень тяжело найти работников, которые будут работать так, как русские требуют. В России принято, что сотрудник очень много на себя берет в плане решения каких-то задач. Тут же пока пинка не дашь, никто работать не будет. Русские поэтому очень ценные кадры». Но биржи труда для русских в Черногории нет. Ехать наобум, скорее всего, не стоит. Варя советует начать поиски из России. Найти в интернете черногорские агентства (занимающиеся недвижимостью или туризмом — что вам ближе) и разослать резюме. Варя говорит, что главное желание, и всё получится.

Еще здесь можно замутить своё дело. Идешь там по улице и прямо чувствуется, как не хватает здесь хорошей русской предприимчивости. Всё настолько медленно и размеренно, что хочется прямо взорвать это всё чем-нибудь эдаким. Конкуренция во многих сферах минимальна. Хотя русские, скупившие чуть ли не всю Черногорию, тему быстро поняли и начали открывать русские агентства, рестораны, газеты с качественно другим уровнем услуг и с соответствующими ценами. Но тут еще пока очень реально придумать что-нибудь и найти свою нишу.

Но есть одно но. В Черногории не всем нравится. Люди, привыкшие к российскому ритму жизни, чувствуют себя здесь часто не в своей тарелке. Здесь все расслаблены, никто не парится, не бежит, не дергается. Здесь размеренная и умиротворенная жизнь в своё удовольствие. «К этому надо привыкнуть, — говорит Варя, — У русских ведь отсутствует вообще культура отдыха. Вот, к примеру, мои соседи, у них маленький дом, совсем маленький. Каждый вечер они выходят во двор, садятся, пьют кофе, разговаривают, соседи к ним приходят, они общаются, потом гуляют, идут домой. Что делают русские? Мне вот рассказывали местные: „Ты знаешь, у нас тут сосед приехал, мы вообще его не понимаем, знаешь, что он делал? он столько денег потратил… Он ходил в ресторан каждый день, брал с собой камеру, покупал там самые дорогие блюда, всё это камерой снимал, потом приходит и нам показывает“. Понимаешь, чувак не знает, чё делать. Русские не понимают, как можно прийти на пляж и сидеть на море смотреть. Еду ведь надо принести, компьютер, карты, книжку… что я буду сидеть просто так. Вот тебе смешно, а ты подумай, так и есть».

А мне не смешно. В Черногорию я приехала с ноутбуком, с книжкой и даже с картами. Но вообще, мне кажется, привыкнуть можно. Я заставляла себя расслабляться и заражаться местным настроением пофигизма и лени. Приходишь рано утром на пустой пляж, заходишь в нереально синее море, ложишься на спину и минут 15 сморишь в такое же нереально синее небо. И забываешь, что есть она, эта Москва. В общем, это на любителя.

Синее море, синее небо.



А еще здесь любят русских. На эту тему я повторяться не буду.

«А я горда что, я русская. Тут все знают Россию и верят в неё. И я верю. Хотя, может, это на расстоянии всегда так. Особенно, когда за окном горы и море, 28 градусов тепла и обед в ресторане за 3 евро...»